Гэйли Рубин (1984) и Венди МакЭлрой утверждают, что корни * феминизма восходят к 19 столетию, что выразилось в деятельности реформаторов и борцов за * образование и доступ к противозачаточным средствам, как, например, Хейвлока Эллиса, Маргариты Санджер, Мэри Денетт и позднее Альфреда Кинси. Тем не менее, современная ветвь * феминизма возникла ближе к нашему времени, после того, как в 1970-х годах феминистское движение объявило порнографию средством подавления женщин. Подъем феминизма второй волны, начавшийся в 1960-е, совпал с * революцией и изменением законодательства, ослабившим юридические ограничения на доступ к порнографии. В 1970-е годы радикальные феминисты стали все больше сосредотачиваться на вопросах *альности в патриархальном обществе. Некоторые феминистские группы начали заниматься изданием предписаний по поводу того, как должна выглядеть *, правильная с точки зрения феминизма. В особенности это было характерно для групп *йских сепаратистов, но некоторые группы гетеро женщин, как, например, Красные Чулки, тоже начали действовать подобным образом. Многие феминисты стали относиться с подозрением к удовольствию от как таковому. С другой стороны, были и такие феминисты, как Бетти Додсон, которая считала удовольствие женщин от и мастурбацию главным, что должно принести освобождение женщин. Порнография, тем не менее, не была основным вопросом; радикальные феминисты были, в общем, против неё, но не считали этот вопрос особенно важным до середины 1970-х. (Хотя были группы феминистов, боровшиеся за права *, как COYOTE, проводившая кампанию за декриминализацию *.)
Конец 1970-х застал американскую культуру все более обеспокоенной последствиями * свободы, в том числе непосредственным показом и насилия в средствах массовой информации, выходом в большой свет порнографии, возросшей * активностью подростков и такими вопросами, как распространение детской порнографии и так называемых «нюхательных фильмов». (Критики утверждают, что эта атмосфера дошла до моральной паники, достигшей своего пика в середине 1980-х). Эта обеспокоенность нашла свое отражение в феминистском движении, когда радикальные феминистские группы стали утверждать, что порнография есть опора патриархата и прямо способствует насилию над женщинами. Робин Морган резюмировала эту идею в своем изречении: «Порнография — теория; * — практика».
Андреа Дворкин и Робин Морган страстно продвигали антипорнографическую позицию, основываясь на радикальном феминизме, начиная с 1974 года, а феминистские антипорнографические группы, как, например, Женщины Против Порнографии и подобные им организации, стали особенно активны во многих городах Соединенных Штатов на протяжении второй половины 1970-х. Когда антипорнографические феминисты стали выступать против не только порнографии, но и * и садомазохизма, другие феминисты забеспокоились по поводу тенденции, которую принимало движение, и стали относиться как антипорнографическому феминизму более критично. Это относилось к феминистам, практикующим БДСМ, к борцам за права * и ко многим либеральным и антиавторитарным феминистам, для которых свобода слова, свобода и защита женской деятельности стояли на первом месте. Одним из первых возражений против антипорнографической тенденции в феминистском движении было сочинение Эллен Уиллис «Феминизм, Морализм и Порнография» (Уиллис, 1992а). В ответ на образование в 1979 году «Женщин Против Порнографии», Уиллис выразила опасение по поводу попыток антипорнографических феминистов превратить феминизм в одностороннее движение, и утверждала, что феминистам не следует провозглашать огульную анафему всей порнографии и что ограничения на распространение порнографии могут с той же легкостью быть приложены к речам, которые сами феминисты считают правильными (сочинение Уиллис, 1981, «Горизонты вожделения: одобряет ли женское движение секс?»; из этой книги и взят термин «про- феминизм») . Гэйли Рубин (1984) призывает феминистов переосмыслить свою теорию *альности, говоря, что существующее отношение феминистов к * зачастую рассматривает * раскрепощение как тенденцию, которая только увеличивает мужские привилегии. Рубин критикует антипорнографических феминистов, которые, как она утверждает, «фактически осудили любой вариант самовыражения как противный феминизму», что, по её мнению, опасно сближается с консервативной, антифеминистской * моралью. Рубин призывает феминистов рассматривать политические аспекты *альности, не продвигая *альные репрессии. Она также утверждает, что упреки в подавлении женщин должны быть направлены против тех, кто заслужил их, против «семьи, религии, образования, практики воспитания детей, средств массовой информации, государства, психиатрии, дискриминации в сфере труда и неравной оплаты труда», а не против меньшинств, имеющих относительно малое влияние.
МакЭлрой (1995) утверждает, что для феминистов в 1970-х и 1980-х обращение к вопросам самовыражения было результатом фрустрации по поводу явных неудач феминизма в достижении успеха на политической арене: в Соединенных Штатах Поправка о Равных Правах провалилась, а право на аборт было поставлено под угрозу во время правления Рейгана.
