Не впервой пришлось услышать на днях особое мнение относительно моего намерения пойти на митинг по поводу 8 марта. Если кто не в курсе: 8 марта – не просто день нелепо дорогих букетов, но и Международный день борьбы за права женщин.
Сто лет назад активисток женского движения в России называли равноправками. Боролись они за право получать высшее образование, иметь работу и равную с мужчинами зарплату, выходить замуж либо же наоборот разводиться по собственному желанию, иметь счет в банке и им единолично распоряжаться, путешествовать, стричь волосы, носить брюки и т.п.
Сейчас об этом мало кто знает. О том, что еще сто лет назад женщин не принимали в вузы, потому что женщины, не брали на госслужбу, потому что женщины, что развод получить было практически невозможно, а если и возможно, то дети оставались строго на воспитание отцу. Хотя о последнем, наверное, каждая должна знать (из тех, что читал «Анну Каренину»).
Но вот ведь не знают. Оттого пребывают в мечтах о прекрасном: до изнеможения хотят быть слабыми женщинами. Готовы вернуть мужчинам все права, включая водительские и избирательные.
И непременно заводят речь о Наташах Ростовых и Татьянах Лариных. Не о Катюшах Масловых и не о Сонечках Мармеладовых, хотя те и другие – из школьной программы.
Откуда, недоумеваю я, берутся у этих воздыхательниц идеальные представления о старине: «Не было б феминизма, была б я как Наташа Ростова…» Сомнительно. Независимо от сословия выдали бы замуж в 16 лет за того, кого выберет отец семейства (а совсем не по большой и чистой любви), и рожали бы каждый год без перерыва на поездки в Куршавель или Шарм-эль-Шейх... И, что еще более вероятно, к 40 годам были бы наши мечтательницы беззубыми безграмотными старухами, ишачили бы в поле с утра до ночи, и в чистое только по церковным праздникам одевалась.
Поэтому мы и проводим 8 марта по-разному: я – на митинг за равные права и возможности, они – снова в библиотеку, за очередным сборником сказок.
