Гусляна Картюшова предпочла карьере столичного юриста жизнь в глухой деревне. Все продукты она выращивает на своем огороде, а на жизнь зарабатывает тем, что ткет рубахи с узорами-оберегами.
Гусляна, судя по биографии, вы готовили себя к жизни космополита. Причем весьма успешного, ориентированного на карьеру.
Просто какое-то время я делала всё как правильная и послушная девочка. Мне говорили, надо получить престижное и “ликвидное” образование, а затем делать карьеру в офисе преуспевающей компании, зарабатывая на квартиры, машины, дачи и зарубежный отдых. И никакой другой жизни быть не может. Другая жизнь — у пьяниц, разгильдяев и жертв обстоятельств. Но общение с сокурсниками по юрфаку, а затем коллегами по работе только убедили меня в одном. Вся эта адская гонка превращает людей в винтики, которые истребляют всё живое, красивое и вечное ради сиюминутной выгоды, ненужных вещей и пустых развлечений. И сами они при этом очень редко бывают по-настоящему счастливы. Как можно быть счастливым среди километров асфальта?
Но вы всё же не сразу уехали в деревню?
Нет, сначала я ушла в “Гринпис” волонтером. Там я встретила немало единомышленников и применила свои юридические знания на пользу обществу и во вред системе — подавая иски и жалобы, готовя законопроекты, участвуя в экспертизах… Но бумажной работы мне оказалось недостаточно. И последний год работы в “Гринпис” я занималась восстановлением лесов в черноземной зоне. Одновременно с этим увлеклась изучением традиционной культуры: путешествуя по деревням, записывая рассказы стариков о былой жизни, собирая старинные инструменты и сведения по обработке льна, ткачеству и магическому смыслу узоров, которые вышивались на одежде. У меня возникла потребность спасать и сохранять все эти знания и навыки, которые люди тысячелетиями добывали с таким трудом и которые стремительно исчезают, потому что дети и внуки этих стариков уезжают в город, чтобы работать там в бутиках и на бензоколонках.
И вы оставили “Гринпис”?
Да. Я поняла, что альтернативная и протестная деятельность — тоже винтик машины. Такой особенный винтик, который машина вкручивает, когда ей хочется острых ощущений. Можно быть сколь угодно альтернативным, но ты так же зависишь от зарплат, грантов, квартир, банков, интернета, электричества… Винтиком машины ты перестаешь быть, когда выпадаешь из информационных потоков, когда остаешься наедине с Землей и Небом, которые нашептывают тебе свои тайны. Когда ешь картошку и пьешь молоко, выращенные самим на своей земле, без удобрений и пестицидов, без участия китайских товаропроизводителей, логистических, торговых, страховых и рекламных компаний и чиновников, всё это регулирующих.
И в конечном итоге?
После долгих поисков и скитаний я оказалась на древней Изборской земле. Год ушел на восстановление запущенного предыдущими хозяевами дома, хлева для коз, на поднятие целины. Зато теперь Земля-матушка щедро отдаривает меня своими плодами. Соседи подарили мне ткацкий станок, другие орудия для обработки льна, только семена было сложно достать — местные сельхозпредприятия уже много лет не сеют лен, хотя во все времена Псковщина славилась льном на всю Европу. Еще здесь мне посчастливилось встретить живых свидетелей доколхозного русского уклада. Ведь район этот до 1940 года входил в состав буржуазной Эстонии. Где еще услышишь: “А в приданое за меня дали большое поле за мельницей…” Тканые рубахи с узорами-оберегами оказались весьма востребованными у покупателей. Мне также приходит немало писем от желающих обучиться этому ремеслу…
В деревне, наверное, непросто…
Сейчас в деревне легче, чем 50 или 500 лет назад. У человека с головой и руками немало возможностей. А еще человек без борьбы теряет силу жизни. Только послушайте, какие проблемы у людей: то ожирение, то депрессия… При естественном образе жизни всё в порядке и с аппетитом, и с весом, и со сном, и с бодростью духа (потому как иначе нельзя). И еще надо сказать, что в своем порыве я не одинока. Сейчас в этом районе я знаю уже несколько десятков людей, которые переехали из больших городов в деревню и живут так уже лет по пятнадцать. Занимаются сельским хозяйством, разводят коз, коров.
Думаете, за тем, чем вы занимаетесь, все-таки есть будущее?
Совершенный и изощренный Рим пал от рук варваров. Варварами римляне называли северные народы Европы, не так преуспевшие в точных и гуманитарных науках, но гораздо ближе знавшиеся со стихиями Земли и ценившие бесстрашие, честь и силу. История движется по спирали. Монах Филарет пафосно нарек Москву Третьим Римом. Кто знает, не было ли пророчества в его словах?
